Рок. И посох в песках оружие. Том третий. Смерть как избавление - Юрий Швец

Лошадь Матоса стала проявлять крайнее беспокойство. Грива её взъерошилась, конь всё время поднимал голову, тянув ноздрями зловонный воздух…

«– Что, ты, хочешь от меня, Гиксон? Что тебе нужно? Зачем преследуешь меня? Ты приходишь ко мне во снах! Ты, мне являешься и среди живых, когда я смотрю в толпу и, вдруг, ясно вижу твой лик, выглядывающий среди них! Теперь, Ты, взираешь на меня с Аида, войдя в эти изуродованные птицами тела! Ты хочешь запугать меня? Меня?! Матоса! Нет, тебе это не удастся! И, Ты, сейчас, убедишься в этом!»

Матос сгорая от ужаса и страха, испытывая дрожь всем телом, решился ещё на один чудовищный поступок.

– Уртаз, возьми у Дафсы, наших пленников! Освободите от Гиксона пять крестов для них! – Крикнул Матос и, видя замешательство приближённых, поправился, осмотрев кресты, – От тел, висящих на пяти крестах!

Он наблюдал, как пять крестов вывернули из земли и положили на землю. Им владело какое-то крайнее возбуждение…

– Матос, а тела куда? – спросили его.

Матос боясь, взглянуть на них, бросил:

– Оставьте, здесь же!

В несколько минут кресты были освобождены. Ждали повозку с пленными… Матос блуждающим взглядов смотрел за ближайший холм.

– Ну, где же они? – проявлял он нетерпение.

Вот повозка поднялась на холм.

– На кресты их! – крикнул Матос, и все присутствующие не узнали его голоса. Он отъехал в сторону, не желая смотреть, на подробности казни…

– …Все сделано, согласно, твоего приказа, Вождь! – Вывел его, из забытья, Уртаз, когда кресты подняли на место.

Он, повернулся и увидел, как все кресты вновь оказались на местах. Матос тронул коня, и поехал к кресту, на котором висел Ганнибал Корт.

– Ну что, Карфагенянин? Помогли тебе твои Боги избежать моего гнева? – спросил он, стараясь не выдать свою дрожь.

– Боги? – переспросил Ганнибал, корчась от боли, но перебарывая её, – Я всего лишь человек! Зачем Богам заботиться обо мне? Они создали жизнь на земле для того чтобы она сама позаботилась о своих детях… Но мы пока ещё больны… Нам приходится охотиться на таких зверей, коим являешься Ты!… Охота выдалась для меня неудачной – при чём здесь Боги?! – Ганнибал набрался сил и усмехнулся в глаза ливийцу.

Увидев эту усмешку, Матос отшатнулся от креста. Он понял – этот человек не боится смерти и от него не добиться явления ни страха, ни раскаяния.

– Ну что же! Пусть тобой насытятся птицы! – Матос поднял голову, над ними уже кружили грифы.

Он продолжительное время смотрел на них и черных ворон, что каркая, слетались со всех сторон. Потом с усмешкой взглянул на крест и его челюсти сковал ужас – на кресте снова висел, казнённый, два с лишним года назад, Гиксон. Он, с какой-то зловещей ухмылкой, наблюдал за Матосом и тот, не в силах более унять свою дрожь, повернул коня к самому ближнему съезду с холма.

Конец ознакомительного фрагмента.